Администрация

Мир, каким мы его знали, исчез, но сохранять человечность – это наш выбор.
— Dale Horvath
В игре сентябрь-октябрь 2010 года

The Walking Dead: Pendulum

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Walking Dead: Pendulum » Перепись населения » Jake Otto | 28


Jake Otto | 28

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Jeremiah "Jake" Otto, Junior


https://i.imgur.com/WYzKeix.jpg
Sam Underwood

http://ipic.su/img/img7/fs/prov.1504211458.png

Полное имя: Jeremiah "Jake" Otto | Джеремайя "Джейк" Отто
Дата рождения и возраст: 13. 08. 1982; 28 лет;
Лояльность: ранчо "Сломанная Челюсть";
Родственники:
Джеремайя Отто - шестидесятилетний отец, жив. Лидер группы выживших, находится в штате Калифорния, где возглавляет ранчо.
Аманда Отто - родная мать, умерла через два года, после родов.
Трейси Отто - мачеха, умерла в сорок пять лет, из-за алкогольного отравления.
Трой Отто - единокровный, младший брат, жив.

Статистические данные

Рост: 182 см;
Телосложение: атлетическое;
Цвет волос: брюнет;
Цвет глаз: аквамариновый;
Особые приметы: татуировка в виде витиеватой латинской фразы: "dura lex, sed lex". Привычка разминать левую ладонь во времена нервического возбуждения. Некоторая резкость в движениях и жестах, склонная энергичным людям.

http://ipic.su/img/img7/fs/prov.1504211458.png

Навыки
Научные: в дополнение к родному английскому, отлично знает испанский, и неплохо разбирается в латыне. Заканчивал курсы на медбратьев, но медицинского образования не имеет. Прекрасно ориентируется на местности, что с компасом, что без; умеет читать карты и знаком с американской флорой и фауной [отличает ядовитые грибы, ягоды, коренья]. Довольно сносно читает следы.
Технические: с шести лет "сидел за рулем" отцовского пикапа, поэтому к своим двадцати восьми может без особых проблем управляться с любым типом автомобилей, и даже способен устранять небольшие дефекты, чинить и заводить без ключей некоторые марки. Вместе с Чарли ходил на занятия в пилотную школу, в которой научился управляться с вертолетом, хотя на тренажере налетал гораздо больше, чем в небе. Так же знаком с оружейной механикой и может ухаживать за полуавтоматическими винтовками да пистолетами в основном американского производства, но и легкую схему автомата Калашникова тоже знает [разбирать, чистить, собирать].
Физические: довольно-таки вынослив, как и любой атлет и полупрофессиональный спортсмен. Родился и вырос в штате Калифорния, поэтому отлично переносит жару, однако, с холодом и промозглой сыростью всё обстоит гораздо хуже - весьма простудлив, тяжело переносит акклиматизацию. Крепкому телосложению обязан занятиям боксом и плаванию.

Биография
"имя в подарок"
[12-13 августа 1982 года]

Всякая история имеет начало, и если в книге оно обозначается интригующим вступлением, то в реальной жизни всё зачинается с рождения. Сын Джереми и Аманды исключением не стал. Двенадцатого числа молодая супружеская пара буквально-таки ворвалась в одну из районных больниц Сан-Диего, где поставили врачей в известие, что у хрупкой девушки "воды отошли".

А дальше Джеремайя мерил шагами коридор, слушая протяжные крики своей супруги. Семь часов длились тяжелые роды, за время которых успел поздний вечер на ночь нового дня смениться. Кто-то скажет, что тринадцать не счастливое число, и я, при всем своем прагматизме, вынужден буду с вами согласиться, ибо отнюдь не счастливый жребий выпал Джейку, когда он попал в этот холодный, суетливый мир. Разумеется, как и любой другой малыш, он громко и отчаянно протестовал, оглашая родильную палату то ли детским плачем, то ли криком.
Однако, Судьбу не переспоришь и вся прерогатива людей - это терпение и смирение. Особливо, если ты только-только из материнской утробы вылез! Так или иначе, но новорожденный утихомирился лишь через двадцать минут, когда его, укутанного в пеленки, передали на руки утомленной Аманде. Не было тогда Джеремайе младшему до хриплого смеха отца, "подарившего" ему своё имя; не волновал его так же и запах лекарств и гудение светодиодных ламп - новорожденный нежился от мерного покачивания и ласкового, женского шепота.

"первые шаги на дороге в никуда"
[1983 - 1999 гг.]

В новом мире время шло не намного медленее, чем в материнской утробе. А как известно, мальчишки растут не по дням, а по часам и Джеремайя младший сам не заметил, как встал на ноги да бегать резво начал, частенько капризничая, когда его в коляску укладывали или, упаси Боже, в колыбель. К сожалению, к исчезновению матери Джейк слеп не был. Конечно, малышу никто ничего не говорил о внезапной смерти Аманды, которая не выдержала новой беременности, да и понять бы он не смог, но напрасно отец с дедом думали, что это не отразится на мальчишке. Первенец Отто старшего захандрил через две недели, после потери матери. Болел он не много не мало сорок дней - еще одна весьма символичная цифра в его жизни.

Как бы там ни было, но сам Джеремайя не был из тех людей, что руки опускают столь просто - здоровый мужчина "в самом соку" не мог долго находиться без женщины и уже через год в их семье случилось пополнение. Поговаривали, что Трейси - их одинокая соседка - была и раньше любовницей Джеремайи, но подтверждений тому не было, хотя сей слушок объясняет многое: быструю свадьбу и рождение Троя.
Так в четыре года Джейк стал старшим братом. Тогда впервые зазвонили первые колокольчики, возвещавшие ему тяжелую жизнь, полную "обязанностей" и "ответственностей". В конце концов, отец его был истинным американцем - уверенным в себе националистом, твердящим всем вокруг: "негоже орлам прясть". Посему и требовал от сына очень многого, желая воплотить в нем все то, о чём некогда сам мечтал. Уже в шесть лет, когда началась школьная пора, Джейк прочувствовал на себе всю гамму строгой дисциплины и родительского контроля. Его записали в секцию детского бокса и заставляли регулярно ходить в бассейн, при этом требуя успехов на поприще ученика. "Ты всегда должен быть образцом" - не уставал повторять Джеремайя старший, не понимая, какой ущерб наносит психике ребенка, ведь у Джейка не было настоящего детства. Того самого золотого периода, когда все мальчишки и девчонки бегают по улицам, не думая о таких громких словах, как "идеал". Что же было у Джейка? Книжки и учеба, спорт и регулярные походы в тир; зачастую ему приходилось приглядывать за маленьким Троем, ибо отец начал активно воплощать свою новую идею о создании сообщества людей, готовящихся к наступлению хаоса. Джеремайя, начитавшись Ницше и наслушавшись Рейгана, верил в то, что американцы рано или поздно установят демократию везде, но в конечном итоге она рухнет и уничтожит всё, к чему люди так привыкли: правительство и чиновников, четкую структуру и бюрократию - всё это канет в лету. Ему никто не верил, пока не случился развал СССР. Тогда-то и возникло ранчо "Сломанная Челюсть" - четыре семьи основали его и начали активно работать над развитием.

С тех самых пор жизнь одиннадцатилетнего Джейка лихо изменилась, ибо у него начали появляться настоящие друзья из числа детей четы Тримбол, а так же Дэйли и Браун. мальчишек перевели на домашнее обучение, как и остальных детей, заставив по итогу закончить школу экстерном. Им рассказывали о грядущем крахе экономики, рассказывали о том, как они построят "новый мир" и "лучшую нацию" - речи всегда были преисполнены расизма, а на ранчо никогда не пускали "цветных". Джейк, в отличии от Троя и большинства других детей, в семнадцать лет отправился поступать в Калифорнийский Университет Сан Диего. Тогда его отец уже прилично зарабатывал, продавая пособия по выживанию и приглашая на своё ранчо, а потому смог оплатить первенцу обучение, считая, что от высшего образования явно хуже Джейку не будет.

"несчастливый жребий"
[2000 - 2010 гг.]

Студенческая пора - это прекрасный жизненный этап, оказывающий огромное влияние на формирование личности. Мало помалу из головы Джейка выбивалась вся отцовская дурь о расизме, милитаризме и прочим. Нет, юноша был достаточно сметлив, чтобы не идти наперекор родителю, который видел в нем наследника. Заместо этого студент поумерил его пыл в отношении коренных американцев, живших "на их земле". С ними постоянно происходили стычки и споры за право владением долиной, но Джейк и не подозревал насколько далеко зашли основатели ранчо в своей борьбе против индейцев. Впрочем, его это пока не так уж сильно и волновало, ибо Отто старший нагружал сына всё большим объемом работ - тогда Америку сотряс жуткий терракт [11 сентября] и клиенты буквально-таки повалили. Джейку пришлось совмещать отнюдь не легкую учебу на юриста с разномастными курсами, которые должны были подготовить его к колапсу экономики и мировому хаосу. "Естественный отбор, Джейк. В новом мире выживут сильнейшие, а тебе предстоит возглавить сильнейших" - приходилось слушаться и плясать под отцовскую дудку, ведь кусать руку, которая тебя кормит, это удел тех детишек, кто в переходном возрасте засиделся. Джейк никогда не забывал, что в университете он на отцовские деньги, что практика, на которую он устраивался, была доступная благодаря влиянию и связям ранчо, да и, признаться, из-за старания Джеремайи его сын стал настоящим трудоголиком, с нескончаемым зарядом энергии. Он был молод и предпочитал тратить время не на молодежные тусовки в шумных клубах, а на вполне себе "Да Винчиские" занятия, посвящая всего себя саморазвитию. Не малую роль здесь сыграло увлечение литературой, пока его отец вычитывал Маркса, Джейк изучал Паскаля, Юнга, раннего Фрейда и увлекался веймарским классицизмом, влюбившись в силу человеческой личности, не имеющей границ, если цель благородна. Сызмальства он был чутким, сердобольным ребенком, а потому впечатления от романтизма оставили неизгладимый след в его характере. Кратко сказать, Джейк явственно осознал, что жить по справедливости, жить сердцем, а не амбициями, тем паче чужими, - куда более приятнее, чем стремиться к мнимому величию и готовиться к эфимерным катаклизмам.
Одним словом, повзрослел.

Он всё так же радовал отца своими достижениями. Проводил все выходные и каникулы на ранчо, которое считал своим домом, но после выпуска не стремился окончательно переезжать из Сан-Диего - слишком уж огромных трудов ему стоило получить лицензию юриста. В двадцать четыре года молодой мужчина положил конец конфликту между кланом Уолкера и "Сломаной Челюстью", выйграв суд у потомка индейцев. Через год он уже был идейным лидером ранчо и обладал не меньшим авторитетом, чем его отец. Джейк старался лавировать между собственными принципами и идеями Отто старшего, не забывая приглядывать за сводным братом, который, к слову, был его полной противоположностью, хотя успевать всюду он не мог, да и Трой уже был большим мальчиком и момент, когда его можно было перевоспитать, давно упущен. Это понимали все, но отец и не думал ничего менять.

В это же время Джейк начал увлекаться писательством и думать о нормальных отношениях, а не той "суетной" пародии на них. Да-да, в разное время он встречался с девушками из университета, коллегами и случайными знакомыми, но никогда романы не длились более полугода - банально не позволял сумасшедший режим и увлеченности Джейка. Собственные мысли и цели застилали ему зрение да уши затыкали, а такой человек не может любить. И не важно насколько он открыт.

Вот это-то и хотел изменить Джейк, но сказать проще, чем сделать. Работа, ранчо, писательство - от этого всего нельзя было отделаться. Поэтому мужчина выбрал наименьшее из зол - забросил карьеру и решил посвятить себя литературе, отправившись в путешествие по Америке. План у него был серьезный, но воплотить его в жизнь не вышло - всё тот же парадокс тринадцатого числа. Начали происходить странные вещи, когда Джейк ехал в Атланту. Слухи, новости в интернете - мужчина, находившийся в захолустьях и глубинках, не мог увидеть зачинающийся пожар, который охватывал весь мир.
Его готовили к хаосу, но этот самый хаос, что называется, подкрался незаметно.

Когда Джей добрался до Атланты, то время было бездарно утеряно - вирус уже вовсю распространялся между людьми, хотя проблема всё еще замалчивалась. Рейсы переносились, отменялись, а сами аэропорты стали очагами для распространения заразы. Впрочем, как и скорые с больницами. Что оставалось делать Джейку, который уже прекрасно понимал к чему всё идет?.. он видел признаки обвала, коий предрекал его отец, хотя случился тот отнюдь не из-за проблем в экономической системе. Правда, причины Джейк не знал - гнев ли божий превращал людей в чудовищ, али какая-то неизвестная болезнь, но факт остается фактом: писака застрял в штате Джорджия. У него не было никаких ресурсов, связей и друзей здесь - только машина и деньги на карточке. Первую он использовал, чтобы найти укрытие за чертой города, коий вскоре обещал стать настоящим рассадником заразы, а деньги пошли на закупку еды и неказистого снаряжения, пусть и втридорога - в начале люди надеялись, что всё еще вернется на круги своя, приравнивая обыкновенные бумажки к бензину и припасам.
Так кончилась его жизнь "сердцем", которое подсказывала тот час же броситься назад к родным, что в данной ситуации было равнозначно суициду, ведь теперь в людях обещали пробудиться все их низменные инстинкты. Убийства, воровство, беззаконие - всё это стало непреодолимой стеной для Отто, знавшего, что сейчас выживших слишком много. Поэтому он затаился, совершая иногда редкие вылазки и готовясь к путешествию до родного ранчо.

Характер
Познакомившись с Джейком, вы никогда не придете к выводу, что первое впечатление обманчиво. Конечно, оно не способно раскрыть всю его личность целиком, но факт остается фактом - Джейк не таится и не пытается обманывать окружающих людей, прячась за какой-нибудь маской. Честность и естественная харизма делают из него прекрасного дипломата, а находчивый ум наделяет его удивительной особенностью, о которой еще профессора в университете говорили: "Отто обладает посольской неуязвимостью ответов - загнать его в угол с помощью доводов невозможно". Впрочем, те же самые учителя ругали его за горячность и нетерпеливость, и даже однажды писали отцу, когда думали оставить талантливого юношу на второй год: "я должен согласиться" - писал декан факультета. - "что диссертация вашего сына не лишена достоинств, что в ней крайне много огня. Но именно последнее обстоятельство заставляет меня не выпускать в свет его работы и придержать еще год в стенах университета, чтоб жар его поостыл. Если он будет так же прилежен, то к концу этого времени из него, возможно, получится великий человек". И всё же, часть комиссии и весь студенческий совет восстали против такого "произвола", из-за чего задумка наставников провалилась и Джейк научился терпению и смирению отнюдь не сразу.
Последние качества по-настоящему раскрылись в нем, когда он путешествовал по Америке, занимаясь писательством. Тем не менее, его и раньше нельзя было назвать "раздражительным" или "нестабильным". Скорее, в нем не было спокойствия, даже его острая мысль пыталась всё освоить с наскока и если не выходило, то Джейк впадал в совершенную апатию и за несколько часов в голове у него не возникало никакого решения. Сей казус он преодолел, хотя признаки подобного еще присутствуют в бывшем адвокате.
Ярче всего на пьедестале личности выделяется трудолюбие и усердие. Джейк с одиннадцати лет рос на природе под чутким присмотром отца, который не позволял ему лениться от слова "совсем". В дальнейшем активный образ жизни развил эти качества, добавив к ним умение составлять планы и распределять время.
Широкий кругозор и привычка увлекаться любимым делом, сделали из Отто младшего человека много думающего, но несмотря на это он не разучился чувствовать. Джейку всего лишь двадцать восемь лет и ему свойственен порывы сердца, хотя полгода в условиях апокалипсиса сделали его более суровым. Решительность зачастую берет верх над жалостливостью и лишь какая-то прихотливая идеалистичность не дает Джейку ступить на дорожку хладнокровия. Всё дело в том, что в отличии от отца мужчина верит в следующий тезис - "сильные не должны править, они должны защищать". Поэтому там, где иной убьет за еду иль снаряжение, Джейк предпочтет прогнать иль напугать, а на край даже и отступить. Навыки выживальщика спасают его от проблем, но не делают неуязвимым - рано или поздно он обожжется, однако, Джейк, понимая это, всё равно продолжает избегать бессмысленного кровопролития. Продолжает поступать по-совести, оставаясь верным своим убеждениям. И эта самая верность да романтический склад ума писателя, в котором существует такое понятие, как мужская честь, есть ключевой стержень в характере мужчины.
Джейк не лишен серьезной фобии: после того, как в семь лет его укусила одна ядовитая змея на пикнике, он их до смерти боится. Паника взрослых, жуткое самочувствие и непроницаемые лица врачей стали гораздо более серьезной травмой, чем обыкновенный укус. Простое изображение змеи заставит его скривиться, а увидь он её под ногами, то и вовсе понесется аки угорелый, высоко задирая эти самые ноги.
Не имеет привычки пить или курить, хотя может и напиться, и несколько сигарет под настроение прикончить. Большой поклонник литературы и тяжело спит, если не читает перед сном.
http://ipic.su/img/img7/fs/prov.1504211458.png

Пробный пост

Руар, закинув ногу на ногу, сидел с важным видом на диване и рассматривал, только что вошедших, Айнара и Сверре. Оба были взмылены и явно чем-то недовольны. "Экие щеголи, - сдерживал хохот молодой красавец, бывший в белом, офицерском мундире, когда разглядывал усталых, запыленных и с заметно испачканными сапогами товарищей. - Хорошо же их Линус на похоронах погонял. Не чай могилы рыть заставил?" Не выдержав, он хохотнул и, встав с канапе, подал руку своим двум сообщникам.
- Приветствую, приветствую болезные! Хорошо же от вас трауром пахнет, хорошо. И вон, на брюках аж следы скорби видно, - не унимался шутник, указывая на грязь и пожимая поочередно руку Айнара и Сверре.
Айнар шумно выдохнул и практически упал в кресло. Отвечать на комментарии графа он не стал, а лишь достал платок и принялся утирать пот со лба, слушая при этом завязывающийся разговор между Сверре и Руаром.
- Ну, здравствуй граф, - спокойно сказал первый, проходя к канапе за товарищем. - Негоже тебе шутки шутить в разгар горя, тем более, когда сам решил сослаться на расстроенное хозяйство да запиской отделаться.
Брови Сверре столкнулись на переносице, но не столь из злости, сколь из зависти, ибо сегодняшним днем он был недоволен в высшей мере, однако, говорить об этом не спешил - "и так ему есть чему ухмыляться".
- Так затушили ж вроде, - улыбнулся Слеттен и поманил к себе коридорного. - Любезный, принеси-ка вина да закусок, господа явно устали с дороги, - договорив это, он тут же забыл о слуге и уселся подле Экланна. - А вы меня зря порицаете, право, не дай вам Чужой столкнуться с такими несчастьями, с коими я столкнулся. Ладно деньги, не жаль, но бумаги похищены, причем наши! - юноша даже поднял указательный палец вверх, дабы все уж раз и навсегда убедились в серьезности сказанного. - Это, знаете ли, может добавить всем проблем, - завел он свою песню о двух таинственных ворах, что проникли в его особняк. - Ну да и полно о моих несчастьях, расскажите лучше как дело прошло!
Айнар, уже убравший платок, не смог удержаться, чтобы не встрять в разговор:
- Сумбурно, но господин был явно в настроении... - договорить он не успел, ибо тут же был прерван Сверре, - да-да, в таком настроении, что послал всех нас по разбитым по погоде дорогам смотреть сад, леса да озеро!
Черные, густые брови Руара взлетели вверх, лицо отразило удивление, но уже через миг он громко и заливисто смеялся, обнажая белоснежные и ровные зубы.
- Славные похороны! - граф толкнул локтем Сверре и повторил сказанное, а затем продолжил, - а разговор, разговор у вас состоялся? - его очень волновала этот вопрос, ибо из-за своего прокола Слеттен сильно опасался, что будет вычеркнут из списка приближенных.
Экланн сделался хмурым и собрался было что-то ответить, но в комнату зашла вдова, а за ней и слуги с едой и напитком. Все юноши почтительно встали.
- Дорогие гости, я буду ужасной хозяйкой, если не присоединюсь к вам, конечно же, если вы не против! - женщина, облаченная в черное, явно переступала через свои принципы, решая потревожить совсем еще юных гостей, однако, в ней играло несдержанное любопытство относительно произошедшего во время похорон, ибо от взора прелестных голубых глаз так же не ускользнул странный вид двух аристократов.
Разумеется, все тут же наперебой принялись заверять матушку Линуса и Иви, что они не сколько не против, наоборот, очень даже за, однако, боятся как бы не было миссис Марлоу скучно.
- Не стоит беспокоиться, все меньше грусти среди знакомых лиц, - произнесла с монашеским смирением женщина, разглаживая подол платья и усаживаясь на свободное кресло.
Все "знакомые лица" сделались мигом печальными, завздыхали, а после Руар был первый, кто поспешил возобновить разговор, начав его с успокоения Марии.
Неторопливая беседа - во время которой успели затронуть политические дела и семейный бизнес, каждого из присутствующих - довольно быстро перешел к похоронам. Сверре и Айнар делились впечатлениями о похоронах, отвечали на вопросы Марии, лишь распаляя её с Руаром любопытство, но не имея возможности удовлетворить его.
Дверь в гостиную отворилась и лакей пропустил вперед с учтивым поклоном очередного и последнего, на сегодняшний вечер, гостя. Это был Матс Даль, который пусть и не был так же свеж и бодр как Руар, однако, имел чистую одежду в виде бежевого сюртука с атласной жилеткой, накрахмаленного, муслинового галстука на шее, светлых брюк и чулков. Длинные белокурые волосы были убраны в хвост.
- Доброго вечера, господа, мадам, - сказал с порога мужчина, учтиво кланяясь вдове.
Руар и Сверре синхронно поморщились, ибо оба мнили себя авторитетными личностями в секте и, что самое важное, теми, кому обязан Линус, ибо первоначально именно их идеей было отравить Кристиана, а тут этот чопорный хлыщ умудрился пробиться к нему в доверенные лица. Они не стали подниматься, когда Матс сделал жест, что этого не нужно, но Мария, тешившая себя надеждой: "уж этот-то точно знает", встала со своего места и всем остальным так же пришлось подняться. "Ох уж этот этикет!" - подумал Руар, что был выходцем из простой семьи.
- Милорд Даль, очень рада видеть вас в столь поздний час, - заговорила Мария, отвечая на поклон аристократа улыбкой и легким кивком головы. - слуги не успели оповестить о вашем визите, иначе я непременно бы вас встретила!
Бедному Далю, усталость которого была явно больше, чем у Сверре и Айнара вместе взятых - сказывалась его слабая физическая подготовка и общая болезненность - пришлось вновь кланяться.
- Что вы, ваша милость, мне и этих почестей много, - только и успел сказать на выдохе истомленный аристократ, но его тут же одернули.
Мария желала получить ответы на мучившее её вопросы относительно сына, умершего мужа и была уверена, что правая рука Линуса уж точно их даст.
- Присаживайтесь, присаживайтесь, вы ведь еле стоите, - с сими словами светская львица разделила гостей на два лагеря, усаживая новоприбывшего за круглый стол.
Остальным ничего не оставалось, как тихо распивать вино да переговариваться в пол голоса, периодически прислушиваясь к разговору Марии и Даля. Те какое-то время перебрасывались условными пустяками, однако, Матс прекрасно видел, чего хочет от него вдова, но не решался предупреждать её вопросы, опасаясь прослыть невежливым, благо, что та знала о его мучениях и поспешила начать почти сразу, обволакивая сына известного инженера своим ласковым и явно хорошо контролируемым голосом:
- А что же это за поход, который устроил мой сын?
Матс учтиво улыбнулся и поспешил с ответом:
- Его милость был любезен показать всем нам условия, в которых рос и воспитывался ваш муж, - его интонации были сухими и не имели тех красок, коими их снабжала прочая молодежь, и даже Мария. А манера отвечать всегда так, что ответом это назвать невозможно, сделала его практически изгоем в компании Линуса.
- Да-да, это очень благородно с его стороны, а почему он не пошел с вами? С Анабель, с которой он сидел на похоронах, - Мария не замечала, как собственное любопытство делало её излишне нелепой и поспешной, что отражалось в легком касании шифра.
- Его милость остался подготовить церемонию, миссис Марлоу. Он и правда был подле графини и её дочери все утро и на погребении, - продолжал сыпать сухими и уже давно известными для Марии ответами, ибо Сверре и Айнар отвечали на них столь же информативно.
Женщина начинала злиться, чувствуя, что не получает того, чего хочет, а посему улыбка её с каждым словом становилась все более нервической и беспокойной.
- Приятно слышать, душа моя, хотя мое любопытство растревожил милорд Экланн, упомянувший какую-то таинственную персону, что встретилась с Линусом на крыльце. По его словам ты узнал эту девушку.
Последнее было ложью, ибо Сверре такого не говорил, но мать исключительно женской интуицией ощущала, как следует обратиться, дабы с большой вероятностью получить верный ответ. В ней была та же светская черта, что и в Кристиане, когда заранее не задумываешь плана и не мыслишь в кулуарном ключе, а лишь действуешь в нем, полагаясь на реакцию и внутреннее ощущения, именно-то поэтому её и его ложь всегда казались правдой.
- Не имею чести знать кто это, миссис Марлоу, - ответил Даль все с той же улыбкой и все с тем же тоном, что был в начале разговора.
Однако, в отличии от обмана Марии, его ложь была видна в коротких жестах, коие тут же приметила львица. Матс и правда знал о личности девушки, ибо расспросил слуг и охрану, большая часть которых узнала в незнакомке сестру-изменницу. Тем не менее, аристократ не даром отличался умом и хитростью, посему и не спешил рассказывать об этом своим "товарищам" или хотя бы показывать, что ему что-то известно. "А что я? Я как все, был там где остальные, видел и слышал тоже самое".
Мария собралась вывести наглеца-хитреца на чистую воду, но в дверном проеме появился махальный, который тихим голосом проговорил:
- Едут!
Вдова поспешила распрощаться с гостями и направиться встречать сына, от которого уж точно надеялась, что получит правду. Как жаль, что последний ехал не один!
Некоторое время гости сидели по отдельности, ибо Даль не спешил перемещаться на диваны, однако, Руар, заметив это, встал и направился к нему за стол, остальные направились за ним.
- Да, знатная история с этим озером, - продолжал он вести разговор с Айнаром. - Благо, что вытащили мальчонку, а то бы совсем продрог! - смеясь и шутя, Руар весело ударил Матса по плечу и сел, на ближайший к нему, стул. - Ну, давай расскажи о чем вдовушка расспрашивала, если конечно за муж не звала!  - он коротко засмеялся, но его никто не поддержал, впрочем это не мешало ему продолжить столь же дерзко - Учти, моя она, моя!
Даль вздохнул и посмотрел на кутилу таким взглядом, как будто перед ним был совершенно конченый человек. Аристократ покачал головой, прощая глупость, склонную для молодого юноши и, ничего не ответив, потер переносицу. К слову, стоит сказать, что именно Матс являлся старшим в группе заговорщиков, а посему возлагал на себя задачу учить молодых людей мудрости, хотя на деле, был почти так же молод.
- Что же ты молчишь, как партизан, али правда свадьбу требовала? - он опять встретился с обвиняющими взглядами товарищей. - Да что не так? Право, она красива же или вы не мужчины? Впрочем, не хотите так вот вам слово, через год, как траур кончиться, свататься к ней приду, клянусь своей шпагой!
Правый уголок верхней губы Даля дернулся от раздражения. Всякий раз, находясь в одной комнате с Руаром, он чувствовал себя отчего-то оскорбленным и это ощущение плавно переходило в совершенно беспочвенное презрение, которому находчивый ум всегда находил причину.
- Своей? - усмехнулся Даль, поворачиваясь к Слеттену, что был в своей офицерской форме. - Насколько мне известно до своего триумфального возвышения, - голос его и взгляд не скрывал иронии. - Ты был простым солдатом, а шпага это оружие офицера, - полуприкрытые глаза на манер Линуса, посмотрели на Слеттена дерзко и с вызовом, не скрывая презрения и отвращения. - Негоже граф, чужим добром-то клясться.
Руар сделался гневным. Он уже давно привык, что его называли охотником за удачей, но не терпел когда это делали вот так открыто, перед всеми. Благодаря баснословному богатству уже считал всех и вся ему обязанными и эта его мысль находила ответ во множестве льстецов, которые окружали новоиспеченного графа-вдовца на балах и приемах.
- А ты, значит, рожденный в дорогой кроватке с доктором акушером, теперь думаешь можешь мне указывать? - говорил Руар, терявший самообладание. - Поверь, солдатской саблей рубить дело не простое, а умные книжки это всякий дурак прочесть сможет, - зловещая ухмылка хищника появилась на лице убийцы, что издевался над слабым здоровьем инженерского сына.
Однако, Даль не только не поспешил раздражаться подобно товарищу, но и, напротив, сделался еще более спокойным, а потому и в голосе его звучала уже победная гордость:
- Дурак от книжной мудрости глупеет вдвое.
Айнар хохотнул, и даже Экланн не сдержал улыбки. Сие распалило Руара еще сильнее, он поднялся со стула и испепеляющим взглядом посмотрел на Матса, произнося при этом:
- Если ты позволишь себе подобные речи еще раз, - он ухватил Даля за плечо, разворачивая к себе. - То я не посмотрю, что ты худощавый калека и мой друг...
Теперь Руару выпала честь быть перебитым, ибо Матс, ухватившись за крепкую руку, попытался её сорвать.
- Ты явно что-то путаешь, граф, - неожиданно перешел он на "ты", забывая о своей роли "старшего" в этой компании. - Кто всякому друг, того я другом не считаю! - ответил Даль все с тем же спокойствием и вызовом, не желая более терпеть выходки льстеца.
Дело бы явно закончилось худо, если бы двери в гостиную не распахнулись и размеренный знакомый голос Линуса не поприветствовал собравшихся.


Разговор заладился почти сразу, ибо Линус, представив сестру не стал долго тянуть с объявлением о том, что все присутствующие отныне будут занимать руководящие обязанности в секте. Довольно быстро он погрузил мужчин в обсуждение подробностей своих идей и планов относительно развития секты.
- ... все в этом мире исчисляется в деньгах, друзья мои, а следовательно первой нашей задачей будет налаживание эффективной работы наших предприятий, причем делать мы это будем сообща господа. Любая ваша деятельность, как внутри секты, так и за её пределами должна освещаться в отчетах, что каждые три месяца я буду требовать к себе на стол, - Марлоу прервал, попытавшегося уточнить что-то Сверре, коий старался все записывать. - Помните, что от нас с вами зависит дальнейшая судьба целой нации, да-да, вы не ослышались, - оглядел он присутствующих. - Истинная вера не может расти лишь в одной части нашего острова, нет, здесь она только пустила корни! А посему нам необходима максимальная открытость и тогда, тогда Чужой не обойдет нас стороной, - Айнар сглотнул, а Руар подался вперед.
Каждый здесь надеялся произвести впечатление на черноглазого бога. Амбиции большинства уже давно ушли за пределы собственной фамилии, нет, царящая за столом атмосфера давала понять сколь сильно эти молодые люди горят желанием служить Бездне, но не столько ради самого служения, сколько ради туманных наград, которые для каждого были своими собственными.

Связь:

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.


Как вы нас нашли: реклама на другой ролевой.

Отредактировано Jake Otto (2017-10-17 11:49:06)

+2

2

Доброго утра)
Так как вы написали очень объемную анкету и полный шаблон вместо сокращенного, можете выложить любой свой пост.

0

3

Vanessa Hensley
Доброго)
Добавил пост.

0

4

Jake Otto
отличный пост! Единственное, на нашем форуме мы птицу-тройку не используем. Тем не менее:
Добро пожаловать в мир ходячих мертвецов!
Не забудь заполнить анкету по шаблонам

+1

5

Отношения

0

6

Эпизоды
Название эпизода, дата
Название эпизода, дата
Название эпизода, дата
Название эпизода, дата

0


Вы здесь » The Walking Dead: Pendulum » Перепись населения » Jake Otto | 28


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC